Korostik
( )
13/02/2009 19:15:18
Вот, почитайте, моё графоманство! (ОЧЕНЬ многа букаф )

Начал писать книгу 8 (! - аж самому страшно стало) лет назад. оцените, плиз...

Пролог.

7830 лет до н.э. по земному летоисчислению, планета Юггот, планетарная система Канопуса.

Тысячу лет уже идет Война… Великая война народов Юггота… Некогда прекрасный мир, похожий на Рай древних, полный прекрасных садов, живописнейших долин и горных кряжей из чистого хрусталя, освещенный блеском величайшей звезды, Канопуса, теперь стал Адом. Ядерный огонь выжег плодородные земли, превратив их в испепеленные пустоши, миллионные армии вытотптали то, что еще осталось. Великая и прекрасная цивилизация пала. И уже неважно, закончится Война сейчас или еще через тысячу лет, этот мир погибнет и жизнь в нем закончится…
Тысячелетия до Войны на планете было единое государство, Всеюгготская Империя, по сути своей являвшаяся федеративной республикой. Во главе Империи стоял Правитель Юггота, избиравшийся Сенатом из наследников одного из Королевских домов: Трейдо, Самхут, Ал'турх и Юртайн. Сенат состоял их трех Палат: Сияющей, Светлой и Общей. В первую входили только Верховные Храмовники и члены Королевских домов мужского пола, достигшие пятидесятилетия; во вторую — члены знатных домов, показавшие свою мудрость и преданность Короне; третья палата состояла из избираемых всеобщим голосованием представителей населения планеты. Властные привилегии распределялись по иерархии от Правителя до Общей Палаты Сената. Законопроекты разрабатывались Правителем и Сияющей Палатой, затем утверждались Светлой Палатой после ознакомления с ними Общей Палаты, которая могла лишь рекомендовать незначительные изменения. Эта система была создана разумом бессмертного более десяти тысяч лет назад и исправно функционировала до начала Конфронтации в Сенате полтора тысячелетия назад.
Общая Палата стала требовать больших полномочий из желания участвовать в законодательном процессе. Эта ситуация была инспирирована Темной Стороной, для дестабилизации общества Юггота и начала войны на всеобщее уничтожение. Вследствие конфронтации нижняя Палата Сената объявила о своем отделении от Правительства Юггота и основала второе государство на планете — Свободную республику Юггота. Всеюгготская Империя не могла потерпеть подобного и началась Великая война народов Юггота.
Во все еще сверкающей роскошью центральной зале Храма Света собрались трое: хранитель Печати Перемен бог К'тулху, правитель Юггота Аг'нор и Светлый Храмовник Тог' Рилл. Им предстояло решить величайшую проблему мира живых: если в мире с Печатью Перемен прекратится жизнь, Тьма получит доступ к Печати Перемен — могущественному артефакту, созданному, когда само время было юным Иными Богами вне сфер, известных человеку, чтобы прекратить явную борьбу Света и Тьмы, перенести ее тяжесть на хрупкие плечи смертных. И когда Тьма получит Печать Перемен, она сможет разрушить Барьер между Сторонами и завершить Изначальную Войну.
— Я считаю, — произнес Аг'нор, — что у нас нет иного выхода, кроме использования Печати, иначе нам не победить! Нам грозит не рабство, а полное уничтожение! Мы должны…
— Использовать Печать — перебил его храмовник — нельзя, ибо тогда будет нарушен Баланс, а это может разрушить не только Юггот, но и весь остальной мир, не так ли, К'тулху?
Похожий на осьминога бог молчал, лишь изредка вздрагивали его щупальца. Никто не осмеливался поторопить его с ответом, и правитель и храмовник знали, насколько К'тулху страшен в гневе и видели силу его злобы. Через несколько минут тишины Великий поднялся с трона и произнес:
— Нужно как можно быстрее переправить преданных Нам смертных в другой мир. Иного решения тут быть не может. Я отправлюсь на одну далекую планету, пригодную для нас, а вы за время моего отсутствия отберете десять тысяч самых лояльных Светлой Стороне людей и начнете готовить Пилон Май'гга для переправки.
— Но, Великий, — робко произнес Тог' Рилл, — как же мы сможем отобрать самых преданных шашему делу, вдруг среди них окажутся ренегаты?
— Тебе дана сила использовать ментальную составляющую Пилона. С его помощью ты увидишь душу каждого подданого Всеюгготской Империи. Их нужно будет разместить вблизи Пилона и обеспечить максимально возможную безопасность. Ты сможешь этого добиться, Аг'нор?
— Конечно, мой повелитель! — правитель Юггота склонился перед гротескной фигурой бога в подобострастном поклоне.
— Хорошо. — К'тулху поднялся и по зале пронеслась волна холода — тогда мне пора. Вам надлежит выставить максимальную охрану также вокруг Святилища с Печатью Перемен.
— Как прикажешь, господин! — в один голос ответили правитель и храмовник.
К'тулху сделал шаг и растворился в воздухе. Спустя мгновение он был в подземелье под Святилищем, где хранилась Печать Перемен. Это был странный предмет, похожий на булыжник, но не из камня. Его материал невозможно было описать словами, он не имел ничего общего с физикой этой Вселенной. Это было одновременно и дерево, и сталь, и камень, и ни то ни другое, ни третье.
Когда бог подошел к артефакту и начал делать пассы своими руками, Печать стала испускать некие волны, искривлявшие пространственно-временной континуум, а через нескорлько мгновений она вспыхнула, вспышка поглотила К'тулху, а потом все пропало. Остался только древний артефакт на своем постаменте.


Спустя несколько секунд, Британские острова, планета Земля, планетарная система Солнца.

К'тулху вышел из «червоточины» между мирами, созданной Печатью Перемен в очень красивом месте на далекой планете, имя которой было Земля. Кругом пели птицы, воздух был невероятно чист и приятен для вздоха, особенно после пропитанной радиацией атмосферы Юггота.
— Да, это хороший мир для меня и моих служителей. — произнес Великий.
К'тулху предстояла достаточно большая работа: для переброски между мирами нужен был коридор-«червоточина»: пространственно-подобный туннель в континууме нашего космоса, сквозной путь от одной точки сферы к другой. Для создания этой «червоточины» нужны были Врата с двух ее сторон. Со стороны Юггота такими Вратами должен был стать Пилон Май'гга, а со стороны Земли К'тулху предстояло его построить.
Проблема состояла в том, что для создания Пилона К'тулху не мог использовать свою божественную силу. Только знания. Поэтому строительство Пилона в одиночку могло затянуться.
Другой проблемой был материал для Пилона. Годился только особый минерал — элериум. Только он обладал способностью концентрировать и излучать психокинетическую энергию. Однако Земля, Юггот и многие другие планеты создавались именно с расчетом на включение в сеть пространственно-подобных коридоров, поэтому элериума здесь должно было быть достаточно на постройку Врат.

Глава I. Пророчество.

7800 лет до. н.э. Британские острова, Стоунхендж.

К'тулху удовлетворенно оглядел свое творение: ему было чем гордиться. Он усовершенствовал конструкцию земного Пилона — это сооружение теперь могло использоваться не только для мистической составляющей обычной жизни, но и как оборонительная конструкция: К'тулху ввел в Пилон функцию создания мощного силового поля, способного противостоять даже ядерной атаке.
Подойдя к Пилону, бог воздел руки к небу и нараспев произнес древнее заклинание активации:
— Й'ааа ректоллин сэойт нахем! Хаз энгор фтион! Й'ээ тар дибтель!
Над Пилоном начала концентрироваться энергия Космоса, закручиваясь в тугую спираль, она втягивалась в центр конструкции. Сооружение начало испускать низкий гул, сопровождающийся вибрацией земли вокруг него, затем над центральным камнем полыхнула одна вспышка, потом другая, небо над Пилоном потемнело, начали срываться молнии, и, наконец, в центре сооружения образовался сгусток стабильной энергии в виде водоворота, открывающий проход к Пилону Май'гга. К'тулху улыбнулся и шагнул внутрь энергетического водоворота.

За несколько секунд до активации, Святилище Май'гга, платнета Юггот.

Когда К'тулху на Земле активировал Пилон, Пилон Май'гга начал сам концентрировать энергию, чем вызвал панику в рядах храмовников и воинских подразделений, выделенных Набиром, новым правителем Юггота, для охраны Святилища Май'гга. Тог' Рилл метался из одного конца зала с Пилоном в другой, хрипло выкрикивая приказы вперемешку с заклинаниями закрытия, что, конечно же, не снижало панику.
Стоило К'тулху выйти из тоннеля, как в него полетели разряды энергетических ружей охраны. Если бы он был простым смертным, то в течении секунды был бы испепелен несколько раз.
— Да что здесь твориться?! — в шоке вскричал бог. — Вы что, хотите навлечь на себя гнев бога?!
— Прекратить огонь! — истошный вопль Тог' Рилла казалось заглушил бы даже грохот ядерного взрыва. — Идиоты! Это же Великий К'тулху! — Эти слова подействовали на атакующих как стоп-кран в поезде. Стрельба тотчас же прекратилась.
— Тог, что здесь происходит? — К'тулху уже еле сдерживался. — почему эти жалкие люди пытаются меня уничтожить своим примитивным оружием?!
— Прости их, мой повелитель. Слуги Темной Стороны уже год как начали совершить набеги через Пилон. Они каким-то образом создали еще одно устройство и научились открывать коридор.
К'тулху на мгновение задумался, а потом покачал головой:
— Это совершенно исключено, Тог. Они не могли построить второй Пилон, потому что на Югготе больше нет материала для него. И к тому же я не смог бы тогда попасть на Юггот с Земли, не задав точный пункт назначения. Я был бы навечно заперт в коридоре между мирами. Скорее всего, они используют магические знания, возможно божественной природы, чтобы проходить в этот Пилон.
— Но что же нам делать, о, Великий? Если они могут присоединяться к Пилону, значит, мы не можем обеспечить безопасность тем избранным, что должны покинуть Юггот!
— Ты не прав, Тог. Они смогут подключаться к Пилону лишь когда он закрыт. Когда Пилон активирован, никто и ничто не сможет присоединиться к нему, поэтому немедленно передай Аг'нору, чтобы сюда перевели избранных и приготовили транспорт для меня и Печати, а также собрали вооружения и некоторое количество еды на первое время.
— Аг'нора больше нет, повелитель. Теперь на Югготе другой правитель, Набир.
— Это не имеет значения, Тог.
— Как прикажешь, повелитель. — храмовник склонился в поклоне.

Спустя три часа.

Внутри огромного Святилища места всем не хватило. Пришлось пойти на определенный риск и оставить треть людей снаружи. Шпионы Республики немедленно доложили руководству о том, что к Святилищу Май'гга подтянуты большие людские и военные ресурсы. Лидер Республики, Анкх'мал сделал правильные выводы: К'тулху уже построил Пилон на какой-то другой планете и собирается перебросить туда преданных ему псов вместе с Печатью Перемен.
— Нам с тобой нужно немедленно приготовить для меня хорошее тело, Анкх. — услышал он за спиной голос бестелесного демона.
— Кто из избранных тебя устраивает, Абаддон?
— Давай посмотрим, кого твои люди смогут выкрасть на некоторое время…
Через полчаса, когда суета с приготовлением к отправке в Святилище достигла апогея, когда охрана, сановники, даже сам К'тулху перестали обращать внимание на площадь перед Святилищем, из-за колонн выскользнули трое и тут же растворились в толпе.
Никто не обратил внимания, как из сумки одной из безродных женщин исчез младенец. И когда слуги Тьмы отошли на достаточное расстояние от Святилища Май'гга, перед ними возник расплывчатый силуэт могущественного демона, Повелителя Бездны, Абаддона.
— Вы хорошо поработали. — молвил он. — Теперь положите этого ребенка под моей тенью. Отлично. Теперь отойдите подальше…
Как только люди отошли, демон ринулся вниз, в тело младенца. Беспомощное тельце задергалось в конвульсиях, поднялось в воздух, осветилось изнутри мертвенно-бледным сиянием и рухнуло вниз бездыханным.
Слуги не решались приблизиться, пока младенец не приподнялся и произнес хрипым басом:
— Идите сюда быстрее, идиоты! Через несколько секунд я не смогу говорить. Отнесите меня обратно к матери!
Малыш был возвращен на место также незаметно, как и был похищен.

Через пять часов, центральный зал Святилища Май'гга.

К'тулху и Тог' Рилл стояли рядом перед Пилоном Май'гга.
— Мы готовы, повелитель. — с энтузиазмом произнес храмовник. — За эти часы было восемь атак поганых предателей Света, но все они были отброшены нашими доблестными воинами!
— Меня беспокоит эта активность, — проговорил К'тулху. Он, казалось, о чем-то глудоко задумался. — ты говорил, что раньше подобные атаки были не чаще одного раза в неделю, а сейчас восемь за пять часов… Это меня настораживает.
— Я думаю, что беспокоиться не о чем, господин, — бодро сказал Набир, — просто тут полно шпионов проклятого Анкх'мала, они сообщили, что начались какие-то значительные приготовления, и он решил помещать нам.
— Ты еще очень глуп, Набир, — с раздражением произнес К'тулху, — ты не сталкивался с Силами Тьмы и не ведаешь их могущества. Разум Темной Стороны непонятен простым смертным, даже для меня он закрыт, я только могу чувствовать близость некоего великого демона. К сожалению, этот демон одного со мной уровня, поэтому я не в силах заглянуть к нему в сознание и это меня беспокоит.
— Я согласен с Набиром, повелитель, — сказал Тог' Рилл, — нам действительно не о чем беспокоиться, К'тулху. Демон может быть даже у ворот Святилища Май'гга, но сквозь них пройти не сможет, не выдав себя, и ты сможешь его уничтожить. Темная Сторона об этом прекрасно знает. Через несколько часов мы все будем в безопасности на огромном расстоянии от этом умирающей планеты, тут остануться только прислужнки Тьмы и совсем немного преданных Свету. Вот пусть они заканчивают летопись Юггота.
— Ну хорошо. Вы меня убедили. Надо начинать переход!
С этими словами К'тулху подошел вплотную к Пилону Май'гга и произнес заклинание активации:
— Й'ааа ректоллин сэойт нахем! Хаз энгор фтион! Й'ээ тар энтар!
По команде Набира в зал вкатили несколько контейнеров. В самом маленьком из них находилась Печать Перемен. Когда его открыли, по залу прокатилась волна холода, а у всех присутствующих сердце на секунду остановилось, а потом куда-то упало, а вернулось с тупой иглой. К'тулху вошел в контейнер, взял в щупальца древний артефакт и подошел к Пилону.
— Пусть вперед пройдут солдаты! В новом мире должны быть смертные прежде, чем там окажется Печать Перемен.
Первыми прошли элитные части войск Империи, за ними К'тулху с Печатью Перемен, а потом начался исход избранных с Юггота. Вместе с ними на Землю отправился и демон по имени Абаддон. По завершении исхода сработали таймеры на складах с ядерным оружием на всей территории Империи. Из-за высокой суммарной мощности взрыва сдетонировали и ядерные боеприпасы в Республике и планета сошла с орбиты. Жизнь на Югготе прекратилась.

6117 лет до н.э., Храм Юггота, территория современной Гизы, планета Земля.

К'тулху стоял и смотрел в окно. Его одолевали предчувствия. По планете ходили слухи о бессмертном, наделенном великой силой. Все годы К'тулху чувтсовал присутствие могущественного демона, однако ни Печать Перемен, ни другие доступные ему средства не указывали, кто это. Бог ощущал угрозу. Каждый раз в город, откуда приходили слухи о бессмертном, немедленно отправлялся отряд спецназа, но поймать его так и не смогли до сих пор. Эта игра, продолжающаяся больше полутора тысяч лет, сильно раздражала и пугала К'тулху. Психическое давление на него все увеличивалось.
Еще одним поводом для беспокойства Великого стали резко возросшие в последние триста лет интеллектуальные способности «обезьян» — К'тулху называл так приматов Земли, внешне весьма похожих на югготовцев, только уступающих им ростом (средний житель Юггота вырастал до трех с половиной метров, на Земле же их рост уменьшился до трех метров). «Обезьянами» К'тулху называл их за повадки, манеру говорить (их речь была похожа на своеобразное обезьянье карканье). Его откровенно пугала их способность к обучению и ассимиляции. К тому же югготовцы начали брать их к себе в дом: самцов — рабами, самок — наложницами. И эти наложницы рожали от югготовцев! Этот факт уже не пугал, а злил бога.
— О чем ты задумался, господин? — размышления Великого прервал Хинор, шестьдесят третий правитель Земли (социальная структура Земли за некоторыми исключениями в точности повторила югготовскую) — Последнее время ты сам не свой. Я и Совет беспокоимся за тебя, К'тулху.
Бог не любил этого правителя. Хинор был глуповат, самовлюблен и труслив. К'тулху знал, что Совет протащил его лишь для усиления собственной власти. При Хиноре жизнь большинства подданных Империи стала резко ухудшаться, а жизнь рабов стала и вовсе невыносимой.
— Не стоит волноваться за меня, Хинор. Беспокойтесь о своей судьбе, смертные.
— О чем же нам беспокоиться?
— Вы, глупцы, допускаете кровосмешение с обезьяньим племенем! Неужели непонятно, что через подобные союзы вы рискуете потерять не только контроль над этой планетой, но и свою собственную свободу, а, может быть, и жизнь!
— Прошу тебя, повелитель! — Хинор всем своим видом выражал непонимание бога. — Это абсолютно преданные, безобидные и добрые существа. И потом, если возникнет серьезная проблема, мы всегда сможем применить «Длань Смерти».
— Ты и твой Совет — ничтожные глупцы! — казалось, что К'тулху вот-вот взорвется, однако он продолжил говорить относительно спокойно: — Вы кричите о том, что всегда сможете воспользоваться «Дланью Смерти», даже не представляя себе, насколько этот демон титанически силен, что, однажды развязав, сковать вы его вновь не сумеете!
Хинор, поняв, что сказал лишнее, попытался снять возникшую напряженность:
— Прости меня, повелитель, я и Совет действительно не знаем мощь ядерного оружия. Мы слышали о нем только по эпосу Юггота, а никого из нас не было даже в планах, когда происходили эти события. Если ты говоришь, что применение «Длани Смерти» равносильно самоубийству, то значит так и есть. Еще раз прошу: прости меня. — и он склонился в глубоком поклоне перед богом.
К'тулху только собрался что-то сказать, как открылась дверь и в залу вошел верховный жрец Пар-Амон:
— Прости меня, о Великий К'тулху, но прибыл курьер с депешей Совета. Правителю надлежит срочно отправляться в Тор' Анол, на заседание Совета. Транспорт уже ждет у ворот Храма.
Правитель глубоко поклонился богу и вышел вслед за жрецом из залы. А К'тулху, покачивая щупальцами, еще долго смотрел с балкона вслед уносящемуся прочь транспорту с правителем Земли. Дурные предчувствия продолжали беспокоить бога, становясь все сильнее. И они его не обманывали…

Двумя месяцами раньше. Окрестности современного Мехико.

Яг' Тарр сидел на высоком кресле, напоминавшем трон, во главе длинного стола. За этим столом собралась достаточно разношерстная публика: здесь были и югготовцы, и люди Земли, причем с разными цветами кожи: от черного до белого.
Яг' Тарр поднялся и очень низким, переходящим в хрип, глубоким голосом произнес:
— Довольно вам терпеть тиранию титулованных наследников Юггота! Они внушили вашим пращурам, что единственный путь к спасению — исход на Землю и уничтожение родной планеты. Вас они отобрали для исхода, чтобы вы здесь стали низами, покорно выполняющими рабские функции в благодарность за то чудесное «спасение»! Они сохранили политическую систему, исправив некоторые недочеты югготовской: вычеркнули вас из законодательного процесса! Этим они обезопасили себя от безродных.
Выдержав небольшую паузу, Яг' Тарр продолжил еще более темпераментно, обращаясь к землянам:
— Они поработили вас, гордых и свободных детей Земли, ваших жен и дочерей они сделали своими наложницами, заставили рожать от себя, чтобы пополнять ряды своих рабов и наложниц для своих сыновей!
Вдоль стола пронесся приглушенный рокот разгневанных голосов. Яг' Тарр, видя реакцию, продолжил уже для всех:
— Пора всем вам объединиться и восстать против диктата! Сопротивление — единственный путь к выживанию своей расы или сословия! Только в борьбе человек может найти свою свободу и только святая борьба против тиранов показывает, имеет ли нация право на жизнь!
На другом конце стола поднялся убеленный сединами югготовец, Ту Шал, и дрожащим голосом произнес:
— Мы все готовы встать против диктатуры Великого К'тулху, но ведь он — бог! Как же мы сможем противостоять богу?
Яг' Тарр лишь слегка улыбнулся, так улыбаются ребенку, говорящему глупость, но пытающегося убедить окружающих в правильности своих слов.
— Не бойтесь гнева бога! Он не посмеет вмешаться в вашу войну за свободу от гнета Империи, ибо это нарушит Баланс, и что произойдет тогда, не сможет ответить даже сам Азатот!
При одном только звуке запрещенного имени вся зала словно бы схватилась льдом. Яг' Тарр увидел, как заметался за каждой парой глаз первобытный страх, как наполнились трепетом души присутствующих. На это он и рассчитывал. «Только страх может заставить этот сброд сделать то, что нужно мне» — подумал демон Бездны. Вслух же он продолжил:
— Я могу дать вам оружие для войны с Империей, могу научить вас, как в каждой битве побеждать с минимальными потерями. Я…
— А кто же ты такой, Яг' Тарр? — не унимался Ту Шал.
— Я тот, кого бессмысленно ищут по всей Земле псы К'тулху и правителя вот уже полторы тысячи лет. Я — БЕССМЕРТНЫЙ!
При этом по залу пронесся возглас удивления, смешанного с неверием. Демон предвидел это. Он достал стил — изогнутый кинжал — и с размаха воткнул его себе в горло, а потом резко выдернул. В первое мгновение из горлы бил фонтан крови, потом он стал становиться слабее, пока кровотечение не прекратилось совсем. Страшная рана в горле Яг' Тарра затягивалась на глазах у изумленных заговорщиков.
— Теперь вы мне верите? Вы верите, что я могу помочь вам сбросить иго ненавистной Империи?
— Да! Да! — неслось со всех концов стола.
— Тогда слушайте, что вы должны сделать в ближайшее время…
Такие встречи Яг' Тарр провел во многих точках Империи, везде оставляя преданные ему группы. В определенный момент каждая из них получит пакет, в котором будут указаны их руководители, действия на блажайшее время и стратегические планы.
Эти группы должны были образовать новое государство, которое объявит войну Империи.

Двумя месяцами позже. Тол' Анол, столица Империи Земли.

В Доме Правительства Империи правителя Земли ждал весьма неприятный сюрприз — Председатель Совета Туардон огорошил его прямо с порога:
— Имперское правительство теперь не контролирует всю Землю. Примерно треть наших провинций объявила себе неподконтрольными Империи и объединилась в государство К'ньян со столицей на перешейке между материками за океаном.
— Что ты такое говоришь?! — Хинор не верил своим ушам. — Как такое возможно?! А куда смотрят наместники в этих провинциях?!
— Большинство признало новую власть ради того, чтобы сохранить свой статус. Тех, кто отказался признать нового правителя, казнили на месте. Военные базы в этих провинциях были захвачены за несколько часов до объявления суверенитета. Все воины там были незамедлительно уничтожены неизвестным оружием.
— Как же так? — Хинор явно находился в состоянии аффекта — Ведь разработка оружия возможна только в наших научных центрах. Они-то нам все еще подконтрольны?
— Да, Хинор. Мы сами не понимаем, как возможна подобная ситуация.
Хинору пришла в голову спасительная, как ему показалось, мысль и он ухватился за нее как утопающий за соломинку:
— Мы должны немедленно послать за К'тулху. Великий сможет подсказать нам, что делать!
Правитель еще не знал, что это высказывание — последний гвоздь в крышку его гроба. Совету необходимо было лишь доказательство неспособности правителя управлять Империей в критической ситуации.
Туардон внезапно поднялся во весь рост и смотря прямо в глаза Хинору объявил:
— Ты показал свою неспособность управлять Империей в тяжелые дни. Ты, Хинор, не достоин титула Правителя Империи. Поэтому я выношу на голосование Совета вопрос о свержении Хинора с поста Правителя Земли и назначения Правителем Империи Председателя Совета! Что скажетуважаемый Совет?
Все члены Совета, чего не было уже довольно давно, единогласно проголосовали за предложение Туардона. Хинор попытался взять ситуацию в свои руки, прикрываясь К'тулху:
— Совет не имеет права лишать Империю законно избранного Правителя! — при этом его голос сорвался на истеричный визг. — Такое возможно лишь с согласия Великого К'тулху!
Туардон вытянул вперед руку, словно прикрываясь от визга бывшего правителя:
— К'тулху еще вчера дал свое согласие на снятие с тебя полномочий правителя Империи. Ты всем надоел, Хинор. Теперь ты можешь идти, но я приказываю тебе не покидать пределы твоего имения под Тол' Анолом до моего персонального разрешения.
Казалось, что Хинор сразу постарел лет на двацать. У него внезапно ослабли ноги, к горлу подступила тошнота, потом в глазах потемнело и бывший правитель Земли свалился мраморный пол зала заседаний Совета Империи мертвым.
Туардон поднялся, чтобы произнести речь, но ему не дал вошедший в зал заседаний курьер:
— Государство К'ньян начало войну против Империи Земли!
Эта новость была, как гром среди ясного неба. Немедленно были посланы люди за К'тулху, был издан указ о срочной мобилизации армии и населения, военная машина Империи начала готовиться к непривычным для нее действиям.
Война началась внезапно по всем направлениям: океаны бороздили огромные крейсера Империи, слишком большие и уязвимые для подводных кораблей К'ньяна; в небесах тут и там гибли десятки самолетов и воздушных кораблей. Миллионные армии утюжили земли Империи.
«Длань Смерти» К'тулху запретил использовать под страхом немедленной кары всякому военачальнику, применившему это страшное оружие. Бог прекрасно помнил, как погиб целый мир. Прекрасный мир. Мир, который он по-настоящему любил.
Силы сражавшихся сторон были примерно равны, поэтому Яг' Тарр, демон Абаддон, ставший верховным владыкой государства К'ньян, по прошествии трех лет Великой войны народов Земли решил дать своим подданым секрет ядерного оружия. Через два месяца неподалеку от Храма Юггота вспыхнул первый ядерный костер Земли. Теперь уже никакие запреты не могли удержать военачальников Империи от ответных ударов. Темная Сторона вновь добилась своего. Бесконечная война перешла в войну одного дня. Погибли великие города, появились пустыни Сахара, Мохаве, Долина Смерти и Каракум, от Индостана откололись несколько крупных островов, ось Земли повернулась на другой угол, что резко изменило климат. Оставшееся доделали землетрясения, вулканы и радиация.
Наследники Юггота вымерли почти сразу после войны — не смогли адаптироваться к изменению климата. Треть землян погибла от войны, половина оставшихся выродилась и деградировала от радиации. Оставшиеся совместно с выжившими наследниками Юггота положили начало новой цивилизации, известной ныне как человечество.
В самом конце Великой войны народов Земли К'тулху и Яг' Тарр–Абаддон столкнулись лицом к лицу в битве за Атлантиду. Из-за сил, призванных ими для уничтожения друг друга целый материк ушел на дно океана. Абаддон был выброшен в промежуток между мирами, а К'тулху вынужден укрыться на дне Саргассова моря в месте, именуемом Цитаделью вместе с Печатью Перемен и сделать это место запретным для смертных. Люди назовут его «Бермудским треугольником».
В течении шести с лишним тысячелетий на Земле будет установлен относительный мир между Темной и Светлой Сторонами. Войны будут происходить только на человеческом плане, и они не будут столь разрушительны.
Лишь в 705 году нашей эры купец и потомок пришельцев с Юггота найдет затеряный и забытый город в Гималаях, где получит Знание о Тьме и Свете и сможет заглянуть сквозь Грани Миров. Имя этого человека — Абдулла Альхазред.
Через двадцать пять лет после этого путешествия Альхазред закончит величайший труд своей жизни — Некрономикон, Книгу Мертвых, открывающую суть вещей и явлений в нашем мире. Книга станет главным и последним трудом в его жизни. Закончив ее, Альхазред умрет.
В Некрономиконе содержалось Пророчество о последней битве Апокалипсиса и о победе Темной Стороны, вписанное автором уже перед смертью. Пророчество осталось незаконченным, Альхазред вписал только, что завершит его Темный Генерал.
Эта книга была переведена с арабского спустя сто пятьдесят лет и почти сразу же запрещена церковью, однако она разошлась по миру несколькими десятками экземпляров. Благодаря этому Абаддон сможет вернуться в мир живых, чтобы продолжить Апокалипсис…

Глава II. Пришествие.

Май 1647 года, Баттлсбридж, Англия.

По удивительно ровной сельской дороге медленно ехала двуколка. Издалека она выглядела вполне обычной, но при более близком рассмотрении можно было увидеть некоторые вещи, выходящие за рамки повседневности. Например, лицо кучера было закрыто накидкой так, что были видны только глаза, нечеловеческие глаза. Лошади были похожи на лошадей только в общем плане. Там, где у нормальных коней копыта, у этих были странные трехпалые лапы с огромными когтями. Странные клыки торчали из из ртов и при каждом выдохе раздавался приглушенный звук, напоминавший гудение домны. Да и сама двуколка была не такой, как все. Она была абсолютно черная, ни один лучик света не возвращался от нее. Казалось, в ней нет ни одного окна.
И вот этот весьма странный и пугающий экипаж въехал в ворота небольшого городка Баттлсбридж, находящегося на землям лорда Чарльза Паттона из Лондона. Как и в любом другом городке, появление, к тому же такого необычного, нового экипажа вызвало большой интерес жителей. Кучер же, словно не замечая повышенного внимания, проехал прямо к муниципалитету.
Мэр Баттлсбриджа, сэр Рональд Перкинс, человек очень уважаемый в округе, вышел встретить странных гостей на порог муниципалитета. Но даже невозмутимый с рождения невозмутимый и рассудительный Перкинс не смог удержать возглас ужаса, когда у спрыгнувшего со стремян кучера приподнялась пола камзола — на левой ноге не было плоти! Только голая кость. Рональда на мгновение охватило удушье, которое прошло так же внезапно, как и появилось, когда кучер распахнул огромную дверь двуколки. Оттуда вышел мужчина невероятно высокого роста. Глубокии сочным басом он представился — Зигмунд Сгингс — и достал из внутреннего кармана гербовую бумагу лорда Паттона, в которой говорилось, что сто акров земли лорда вблизи Баттлсбриджа переходит в собственность человека по имени Янус Уорлок, душеприказчиком которого является присутствующий здесь Сгингс.
— Я прошу вас зарегистрировать в городском архиве факт вступления в право собственности на земли господина Уорлока, мистер Перкинс. — слегка поклонившись, сказал Сгингс.
— Да, конечно, — несколько торопливо ответил Рональд, которому хотелось поскорее избавиться от неприятных и страшных посетителей, — пойдемте в контору, вам нужно будет расписаться на нескольких документах, мистер Сгингс.
Когда они вошли в здание, кучер, оглядевшись по сторонам, накинул на себя полу камзола и… исчез! Вышедший из муниципалитета Сгингс спокойно сел в двуколку и она, сорвавшись с места, едва он успел закрыть дверцу, на огромной скорости выехала из города.
Рональд Перкинс смотрел в окно на удаляющийся от города экипаж, пока тот не скрылся за поворотом. Его одолевали мрачные мысли и дурные предчувствия. Потом мэру Баттлсбриджа стало нехорошо и, заперев кабинет, он пошел домой.
Двуколка въехала на опушку леса в паре миль от города, в центре которой задумчиво стоял страшный кучер. Сгингс бодро выскочил из двуколки и сказал, слегка поклонившись кучеру:
— Все в порядке, Нексул. У нашего повелителя теперь есть своя земля. А как тебе удалось заставить этого Паттона отдать свои земли?
Кучер с презрением взглянул на Сгингса:
— Ты жалкий недоумок, Зигмунд. Паттон — слуга нашего господина. Он продал себя за свое богатство и долголетие. Теперь он служит нашему делу и будет служить до конца времен.
— Это очень хорошо. А мы успеем построить замок к Прибытию повелителя?
— Да. Для этого мне потребуется жертвоприношение и смертный для проведения ритуала.
Сгингс слегка поежился, осознав, что он может в равной степени оказаться как в роли проводящего ритуал, так и в роли жертвы. Но его страхи были напрасны. Нексул и маги древнего Ордена Сатаны готовили его для совершения Процедуры Выхода — мистического ритуала, который откроет врата между мирами для Абаддона.
Зигмунд был потомком пришельцев с Юггота, его психокинетический потенциал был достаточно велик, но интеллектуальный уровень оставлял желать лучшего. Нексул, да и многие из адептов Ордена уже много раз вынуждены были удерживать себя от убийства этого полудурка. Но сейчас, по прошествии тринадцати лет болезненных тренировок, Сгингс был готов совершить Процедуру. Теперь для Темной Стороны его жизнь стоила невероятно много. Больше жизней всех адептов Ордена Сатаны, всех передавших себя Тьме людей и всех демонов в мире живых вместе взятых. Дело в том, что совершить Процедуру Выхода мог только смертный, в чьих жилах течет кровь жителей Юггота — тут играли роль особенности физиологии и строения сознания. Землянин для этого не подходил, иначе Зигмунд уже давно был бы мертв.
— Ладно, — сказал Нексул, — мне нужно отправиться в город за жертвой, а ты начинай готовить алтарь, как тебя учили.
— Хорошо, Нексул! — с искренней преданностью ответил Сгингс.
«В его тупости есть одна очень хорошая сторона, — подумал демон, — он невероятно, по-животному, предан нам и нашему делу. Это просто замечательно».
Когда Нексул исчез, Зигмунд достал из кареты большой сундук, открыл его и извлек оттуда несколько предметов. Там были три камня: один большой и два поменьше, дощечки с выжжеными странными значками, черную мантию, длинный изогнутый кинжал из эбонита и огромную книгу в переплете из черной кожи. Человек начал неспешные приготовления, разложил в определенном порядке камни и дощечки, облачился в мантию, положил на большой камень книгу, сел рядом, поджав под себя ноги и замер.
Демон вернулся через несколько часов, держа в руках какой-то сверток. Солнце уже клонилось к закату, но до горизонта еще не дошло. Подойдя к человеку, замершему в той же позе, он сказал:
— Вставай, Зигмунд. Пришло время исполнить предназначенное тебе судьбой. — и положил сверток на камень поменьше позади центрального.
Сгингс открыл глаза и медленно поднялся.
— Ты тоже будешь принимать участие в постройке замка, Нексул?
— Да. Ты будешь излучать энергию, а я буду направлять ее. Ты готов?
— Уже давно. — Сгингс чувствовал энтузиазм. Еще бы, теперь он покажет свою преданность Темной Стороне на деле, а не в учебе.
— Прекрасно. Как только солнце скроется за горизонтом, ты должен будешь начать читать стих из книги. После этого ты возьмешь стил и воткнешь его в сверток. Не обращай внимания на то, что будет происходить. Сразу после этого вновь прочти этот стих и возьми кинжал. С последним словом стиха ты положишь кинжал на алтарь и немедленно, повторяю: НЕМЕДЛЕННО отойдешь ко мне. Я буду стоять позади тебя. Ты все понял?
— Да, Нексул. Я готов.
— Тогда… Начинай!
С этими словами демон резко отпрыгнул назад, Сгингс начал нараспев произносить заклятие из Некрономикона, заставляющее камни древнего храма Тьмы на Югготе собираться в новую конфигурацию. Это должен был быть замок для Темного Генерала, демона по имени Абаддон. Замок, созданный магией, монолит защиты для демона, пока он не будет в состоянии защищать себя сам.
Едва Зигмунд проделал все, о чем ему говорил Нексул и отбежал от алтаря, камни и дощечки стали испускать ядовитое зеленое свечение, сполохи энергии побежали по опушке, свечение алтаря стало внезапно ярко-красным, он втянул в себя все остальные сполохи света и все погасло. Сгингс уже подумал, что он что-то сделал не так, как вдруг земля у них под ногами задрожала, с неба раздался громоподобный голос, произнесший:
— Йа! Йог-Сотот мар'хо нагг! Эн 'таро Анир эт дарес! Йен'ло'йен!
Как только стихло эхо последних звуков голоса, земля на опушке разверзлась и оттуда выросла черная базальтовая скала с ониксовым замком на вершине.
— У тебя получилось, Сгингс! — Нексул не скрывал своей радости. — Теперь мы готовы к Прибытию нашего господина Абаддона! Ты действительно смог это сделать, Зигмунд! Отличная работа!
Сгингс был очень горд собой. Нечасто его хвалили в Ордене, а уж чтобы сам Нексул так отзывался о проделланой им работе — такого вообще не было. Но времени порадоваться демон ему давать не собирался:
— Еще рано праздновать. Ты немедленно должен начать приготовления к Процедуре Выхода. У нас есть немногим больше суток, пока сила, вырвавшая замок из мира мертвых не иссякла. Потом придется ждать подходящего расположения миров еще несколько тысячелетий! — с этими словами Нексул накинул полу своего камзола на себя и Сгингса и они оба исчезли.
Мгновение спустя они оказались на вершине скалы, во внешнем дворе замка. Двери сами собой раскрылись перед Нексулом и Зигмундом, они вошли во внутрений двор.
— Имя этому замку, — произнес демон, — Маракабур. Запомни: он наделен разумом, непонятным тебе и превосходящим твой. Ты должен очень уважительно относиться к своему новому дому.
— Да, да. Конечно.
— Теперь иди внутрь. Все необходимое ты найдешь в центральной зале замка. Ты сам знаешь, что тебе нужно делать. Я не имею права участвовать в этом. Мне теперь нужно будет отправиться в город, кое-что выяснить…

Утро следующего дня, дом приходского священника Мейсона Картера, Баттлсбридж.

С самого утра жители Баттлсбриджа находились в состоянии шока. Еще бы, ночью происходили страшные вещи, тряслась земля, некое существо говорило громовым голосом непонятные слова, а теперь и посреди леса появилась скала с замком.
Беременная сестра священника, Одра Мэллоун, не знала ничего этого. Всю ночь мучилась болями, но схватки никак не начинались. Ее муж, брат и повитуха ни на шаг не отходили от нее всю ночь. Рассвет принес долгожданное облегчение — начались схватки и сразу же за ними роды. Все прошло удачно и очень быстро, ребенок родился здоровым и очень красивым. Это была девочка. Ее решили назвать Мэриэнн, в честь матери Картеров. Единственной странностью этих родов было то, что Одра в момент родов потеряла сознание, а когда пришла в себя сказала, что ей было видение, в котором серафим рассказал про судьбу дочери, которой суждено было остановить приход Зла на землю.
Мейсон задумался и, извинившись, вышел. Он состоял в древнем Ордене К'тулху, пришедшем, как и Орден Сатаны, с Юггота. То, что происходило прошлой ночью, когда громовой голос в небе произнес страшное имя Йог-Сотота, а после этого в старом лесу выросла огромная базальтовая глыба с замком на вершине, а теперь еще и случай с сестрой — ему нужно было срочно съездить в Лондон к мастеру Ордена, посоветоваться. За суетой по поводу рождения ребенка, на его отъезд никто не обратил внимания.

Вечер этого же дня, резиденция тайного Ордена К'тулху, собор Св. Павла, Лондон.

Мейсон Картер быстрыми шагами прошел к потайной двери за алтарем и потянул за рычаг, открывающий дверь, спустился по винтовой лестнице в подземелье под собором, показал татуировку на правом плече грозного вида стражам и вошел в потрясающий своими огромными размерами и ярко освещенный зал.
Почти все пространство зала занимал овальной формы стол со множеством стульев, многие из которых пустовали. Во главе стола на небольшом возвышении сидел человек, чей вид внушал благоговейный трепет любому его увидевшему. Несмотря на внешнюю молодость, у него были глаза очень много повидавшего и испытавшего на себе человека. Это был старший мастер тайного Ордена К'тулху Рин Эйл, в миру известный как лорд Стадфордский Уильям IV. Рин Эйл поднялся во весь свой двухметровый рост и спросил сочным и красивым голосом:
— Какая срочная проблема привела нашего брата Картера к нам посреди срока его дежурства в секторе?
Картер немного смутился, но, вспомнив ночные события, заговорил:
— Прошу прощения у мастеров за беспокойство, но я считаю, что в Баттлсбридже происходят вещи, требующие срочного вмешательства Ордена.
— Что же случилось? — Рин Эйл, казалось был само спокойствие, хотя он знал, что Картер не станет беспокоить мастеров Ордена по пустякам, и если он примчался без получения разрешения на аудиенцию, значит, ситуация там действительно серьезная.
— Вчера к нам в город прибыл странный человек. Я лично его не видел, но Перкинс, наш мэр, говорит, что от его экипажа не отражался свет, лошади были совсем не лошадьми и у кучера на правой ноге нет плоти. Человек, прибывший в Баттлсбридж, предъявил бумаги от лорда Паттона, в которых лорд передает ему в собственность несколько акров леса в окрестностях Баттлсбриджа. Это во-первых. Во-вторых, после заката началось землетрясение, потом громоподобный голос в небесах произнес какое-то заклинание с именем Йог-Сотота (при этом все присутствующие дернулись, словно их одновременно укололи иглой), а с утра посреди леса, как раз на территории, принадлежавшей раньше сэру Паттону, появилась базальтовая скала с замком на вершине. И, в-третьих, у моей сестры во время родов было видение: к ней приходил серафим, сказавший, что ее дочери суждено остановить остановить приход Зла в наш мир. Это все.
Рин Эйл, а с ним и все присутствующие с каждым словом Картера становились все мрачнее.
— Значит, — мрачно проговорил старший мастер, — Пророчество Альхазреда начало сбываться. — Рин прервался на несколько секунд, а потом обратился к сидящему справа от него человеку: — Гарм, боюсь, нам выпала судьба сражаться с приходом Зла. Нужно приготовить Зов.
— Хорошо, мастер Рин.
Рин Эйл повернулся к Картеру:
— Спасибо тебе, брат, за своевременную информацию. Лорд Паттон уже давно перешел на Темную Сторону за богатство и долголетие. Теперь он исполняет волю темных, чтобы Зло смогло прийти в наш мир. Теперь мы с братьями-мастерами будем готовить противодействие этому. Тебе же надлежит отправиться обратно в Баттлсбридж оберегать свою племянницу и следить за действиями слуг Тьмы.
— Ваша мудрость велика, старший мастер! — и Картер, поклонившись вышел.

После заката, Маракабур.

Сгингс удовлетворенно оглядел свое творение. Пол всего центрального зала замка был покрыт древними рунами и мистическими знаками. В центре зала была незаконченная Пентаграмма — самый страшный магический символ, средоточие черной колдовской силы и могущества.
Все руны и знаки были начерчеры мелками, приготовленными из обожженных костей девственниц, ни для одного не было применено колдовство. Эта ночь не допускала никакого коловдства, кроме Процедуры Выхода. Отчасти поэтому на такое важное дело был выбран именно Зигмунд Сгингс.
Среди потомков пришельцев с Юггота наверное, только он один был до такой степени слабоумным, что не воспользовался возможностью приобщиться к истоками величайшей магии в мире.
Когда пятнадцать лет назад Нексул объявил верховным жрецам Ордена Сатаны о том, что нужно готовить смертного для Процедуры Выхода и выставил обязательные условия: потомок югготцев, не имеющий серьезных магических навыков. Идеальным кандидатом оказался Зигмунд Сгингс. Одного взгляда на него Нексулу хватило, чтобы понять — он само совершенство для Процедуры Выхода. И началась у скромного сапожника совсем другая жизнь. Изо дня в день он заучивал наизусть труднопроизносимые фразы заклинаний и начертание необходимых знаков и рун, не понимая, да и не пытаясь понять, их смысла. Годы болезненных тренировок научили его идеально произность заклятия древних богов на их почти невоспринимаемых человеческим слухом звуках.
Теперь все было готово и все зависело от него. Сгингс осторожно вступил внутрь центральной Пентаграммы, закончил мелком символ и начал нараспев произносить звуки Языка Богов. С первыми же его словами в безоблачном небе сгустились черные тучи, заменив розовый отсвет заката угольной чернотой безлунной и беззвездной ночи. Поднялся ураганный ветер, начали срываться молнии, грохот грома казалось выкрикивал угрозы и проклятия всему роду человеческому. Но Зигмунд не слышал ничего этого. С первыми звуками, вырвавшимися из его горла, он впал в состояние глубокого транса, слившись воедино с беснующейся вокруг Маракабура Тьмой в неописуемом нечеловеческом экстазе.
Когда заклинание было прочтено до конца, Пентаграмма со Сгингсом в центре вспыхнула кроваво-красным светом и над ней постепенно проявились очертания некоего бестелесного создания, сгустка темной энергии. Абаддон вновь пришел в мир живых. Теперь оставалось совсем немного для завершения Процедуры Выхода — нужно было тело для демона. Адепты Ордена Сатаны уже мчались к Маракабуру с новым телом для демона. Когда Сгингс уже был на последнем издыхании — ведь именно его жизненная сила питала бестелесного демона, позволяя ему оставаться в мире живых без оболочки, они внесли младенца в центральный зал замка.
— Великолепно! — разнесся по Маракабуру рык демона, — внесите его в пентаграмму и отойдите!
— Как прикажешь, наш повелитель! — слуги поспешно выполнили указание Абаддона и быстро выбежали из зала.
Демон с ревом бросился вниз, к беззащитному телу похищенного младенца, и только он вошел в него, Сгингс словно очнулся и начал нараспев произносить звуки заклятия в обратном порядке. Когда все закончилось, Зигмунд Сгингс упал на пол мертвым. Младенец поднялся в воздух и пролетел над постепенно исчезающими знаками, лег на трон у дальней стены замка и, казалось, заснул. Через полчаса в зал вошли слуги, вытащили успевшее уже окоченеть тело Сгингса и внесли огромную чашу с кровью девственниц и только что рожденных младенцев. Эта чаша должна была ежедневно пополняться и питать растущего демона в течении двадцати двух лет.
Все последующие годы Орден К'тулху тщетно пытался уничтожить Абаддона. Но каждый раз Маракабур оказывался неприступной твердью для нападающих. В конце концов, отчаявшись, адепты Великого решили готовить воинов для непосредственной битвы с демоном. Для этого были выбраны трое: мужчина и две девушки, одной из которых стала Мэриэнн. Остальные двое были также отмечены при рождении, мужчина был старше на десять лет, а девушка на один год моложе. Хоть Мейсон и был против, прекрасно осознавая, к чему готовят его племянницу, он не смог изменить ее судьбу. Все было предопределено еще до ее рождения.

Октябрь 1669 года, Маракабур.

Нексул вошел в центральный зал по зову своего хозяина. Абаддон гордо восседал на троне.
— Мое время пришло, Нексул. — демон говорил очень низким и глухим голосом. — Я полностью готов начать Армагеддон. Какие препятствия стоят сейчас на нашем пути?
— Я могу назвать только одно препятствие: орден К'тулху. Эти ничтожные смертные все-таки сумели подготовить трех воинов для противостояния тебе, господин.
— Неужели ты не мог им помешать? — в голосе Абаддона явно прозвучала ирония.
— Их охранял Великий. — при этом имени глаза у Абаддона вспыхнули ярким огнем и тут же погасли.
— Значит, мерзкий головоногий уродец не покинул этот мир?
— Нет, господин. После вашей последней битвы он уединился в Цитадели, вместе с Печатью Перемен. Оттуда и шло основное противодействие всем нам.
— Ну хорошо. Введи меня в курс последних событий мира живых за тысячелетия моего отсутствия. Я вижу, технология ушла назад в своем развитии.
— Цивилизации потомков Юггота больше не существует. После финальной битвы Великой войны народов Земли этот мир кардинально изменился: климат, очертания материков, цивилизация и многое другое.
Абаддон служил руки на груди, закрыл глаза и произнес:
— Я слушаю тебя очень внимательно. — и Нексул начал свой долгий рассказ.
Несколько дней верховный демон впитывал в себя информацию об изменившемся мире, потом он решил осмотреть его лично. Еще неделя ушла на ознакомление с новой Землей. Однако Абаддон остался удовлетворен:
— Я увидел все те же пороки, что были семь тысячелетий назад. Только теперь у людей меньше возможностей для их реализации, поэтому они ярче выражены. Нексул, надо готовить наше войско. Мы выступаем через неделю.
— Как прикажешь, господин. — демон-слуга поклонился и исчез.

Спустя неделю, резиденция тайного Ордена К'тулху, раннее утро.

Верховный маг Ордена Зориус вбежал ранним утром в покои старшего мастера с ворохом бумаг.
— Рин, вставай немедленно! — Зориус был не на шутку испуган. — Дьявол сорвался с цепи, Рин! Сатанинское отродье собирает войско и готовится к войне!
— Подожди минутку, Зориус, — Рин Эйл не успел до конца осмыслить сказанное, — о каком отродье ты сечас говоришь?
— Ты что, еще не проснулся?! — голос мага сорвался на визг, — Я говорю тебе, что период генезиса у демона завершился и он начал готовить свое темное войско к походу против мира живых!
Как только до старшего мастера дошло, о чем говорит верховный маг, он тут же окончательно проснулся:
— Медлить нельзя! Нужно срочно собирать наших лучших воинов вместе с воинами света, которых мы готовили все эти годы и выдвигаться в направлении Маракабура!
Зориус сказал с довольной улыбкой:
— Я взял на себя смелость объявить сбор еще два часа назад.
— Отлично, Зориус! Мне тоже нужно идти готовиться к финальной битве! — и Рин Эйл бодрым шагом вышел из своих покоев.
Старший мастер отправился сначала в трапезную, чтобы подкрепиться перед боем, потому что не знал, когда ему доведется поесть в следующий раз. Вообще-то, он не был даже уверен, что ему еще раз доведется поесть.
После легкого завтрака Рин Эйл прошел в арсенал, чтобы собрать вооружение. Он экипировался сравнительно легко, если не учитывать, что доспехи и амуниция были созданы мастерами с Юггота и могли защитить от многого. Там же, в арсенале, он встретил одного из воинов света, сэра Мортимера Чайнса, отпрыска старинного княжеского рода. Он тоже облачался в боевой наряд.
— Сэр Мортимер, я вижу, сегодня утром ты встал раньше меня.
— Да, старший мастер. Зориус лично разбудил меня и отправил готовиться к решающей битве.
Рин Эйл помрачнел:
— Боюсь, сэр Мортимер, эта битва не будет решающей.
— Почему?
— В Пророчестве сказано, что оно будет завершено Темным Генералом, будущее мира живых остается пока неясным, даже все наши маги вместе взятые, не могут заглянуть сквозь пелену времен.
— Значит, наша победа — лишь еще один виток развития событий?
— Каждый миг — не более чем очередной виток событий. Просто от того, как завершится этот миг, будет зависеть, какое будущее нас ждет.
С этими словами Рин Эйл прикрепил свой меч, Эалендил, к поясу и, резко повернувшись, вышел из помещения арсенала. Воин света торопливо закончил обмундирование и тоже покинул огромный склад.
В центральном зале Ордена собралось не меньше тысячи воинов. Среди них были и убеленные сединами мастера, и юные адепты, и девушки, решившие отдать свою жизнь за дело Света. Рин Эйл не без удовлетворения оглядел их и заговорил громко и убежденно:
— Дорогие мои Братья и Сестры! Сегодня на нашу долю выпало страшное испытание. Многие из вас не увидят рассвета следующего дня, а некоторые не увидят даже заката сегодняшнего дня. Поэтому если кто-либо из вас хочет остаться здесь и служить Ордену верой и правдой, а не мечом и кровью, прошу вас выйти и разоружиться. — Рин подождал несколько секунд и продолжил: — Сейчас я расскажу вам в общих чертах о том, с чем нам придется столкнуться. Вот уже два десятилетия лучшие воины Ордена К'тулху пытаются уничтожить пришедшую в наш мир Тьму. Было предпринято больше ста атак на цитадель Зла — замок Маракабур, но ни одна из них не увенчалась сколько-нибудь заметным успехом. Лишь пару раз несколько человек вернулись живыми. Из сотни посланных. Я говорю вам это не для того, чтобы запугать, а для того, чтобы вы ясно представляли, на что мы идем.
— Все это время, — продолжал старший мастер, — мы сталкивались лишь с малочисленными отрядами демонов-стражей и один раз столкнулись с силой замка. Теперь же демон в состоянии сам атаковать врага и защищать себя. Это не какой-нибудь ведьмак или вампир, это один из самых могущественных демонов Темной Стороны. Это он уничтожил сияющий мир Юггота — рай наших предков, это он разрушил величайшие цивилизации древней Земли, стравив их со своими прислужниками и между собой. Его сила — неисчерпаема, мудрость — безмерна, а ненависть к нам не ведает границ. Отродье питалось кровью только что рожденных младенцев и специально оберегаемых для него девственниц. Этот демон — квитэссенция всего самого ужасного для нас. Я хочу, чтобы вы поняли, встретившись с ним на поле боя у вас не будет шанса на спасение. Ни одного. Понятия жалости и милосердия для него не просто не существуют, они ему отвратительны. Даже если вы будете молить о пощаде, он уничтожит вас. Просто так, для удовлетворения собственной похоти. Только трое из нас могут сразиться с ним на равных. Это — наши воины света. Но и для них это будет тяжелым испытанием. Возможно, им придется отдать свои жизни, чтобы адское отродье вернулось туда, откуда вылезло. Теперь я спрошу вас в последний раз: кто-нибудь хочет остаться в стенах Ордена?
Ответом ему было гробовое молчание. Старший мастер удовлетворенно улыбнулся, вынул сияющий клинок из ножен и воскликнул:
— Тогда вперед, защитники Света! Сметем адскую угрозу и отбросим длань Тьмы, простершуюся над нашим миром! — и под радостные крики своего войска, Рин Эйл побежал в открывшийся туннель, выходящий в окрестностях Лондона.

Это же время, Маракабур.

Абаддон самодовольно хмыкнул, оторвавшись от сферы видения, все, что происходило этим утром в стенах Тайного Ордена К'тулху, было теперь известно демону.
— Нексул, — казалось, стены замка не только распространили могучий глас демона, но и многократно усилили его, — немедленно ко мне!
Не успело затихнуть эхо в коридорах Маракабура, как демон-слуга уже в поклоне предстал перед Абаддоном.
— Слушаю, повелитель.
— К нам отправилось войско Ордена К'тулху. Нужно организовать ему теплый и радушный прием.
— Как прикажешь, господин. Будут ли какие-нибудь дополнительные указания?
— Да, Нексул. Мне нужно, чтобы в живых осталось четыре человека: старший мастер Рин Эйл, девушки по имени Мэриэнн и Кассандра и рыцарь Мортимер Чайнс.
— Будет исполнено, повелитель. Привести их сюда?
— Нет. Я сам спущусь на поле битвы. Возможно, сразу после начала.
— Буду рад снова сражаться рядом с тобой, господин.
— Иди и готовься, Нексул. — и демон-слуга с поклоном исчез.
Оставшись один, Абаддон задумался: «К'тулху не решится вступить в битву, иначе бы он не создал бы этих поганых воинов света. Значит, его силы после нашей прошлой встречи так и не восстановились. Это просто замечательно. Тем легче мне будет захватить Печать Перемен и завершить войну Тьмы и Света!»
Тем временем войско Ордена К'тулху уже приближалось к Маракабуру. Они не знали о том, что их ждет перед въездом в лес, где стоял замок Абаддона. Легион демонов Нексула был уже готов и размещен на выгодных позициях. Тут были как демоны, так и смертные, адепты Ордена Сатаны. Последних было большинство, и в смысле боевой подготовки они почти не уступали демонам. Их сила и мастерство увеличивались благодаря особым заклятиям и доспехам, создданым исключительно магией. Каждый такой воин стоил пяти обычных, но на стороне Ордена К'тулху было одно важное преимущество: их защищала сила Великого. Конечно, напрямую вмешиваться в сражение К'тулху не мог — Баланс был бы нарушен, что вызвало бы победу Темной Стороны в Изначальной Войне. Хотя обеспечить достойную защиту своим легионерам Великий был вполне в состоянии, но этого было естественно недостаточно, если человек будет драться с демоном.
И вот наконец, воинство Ордена К'тулху остановилось перед границей древнего леса. Рин Эйл мучился дурными предчувствиями и не хотел как можно дольше вводить войско в чащу. Однако тянуть время больше было нельзя и старший мастер махнул клинком в сторону леса:
— Вперед, во имя Света!
Едва он это прокричал, из леса высыпались воины Нексула. Благодаря эффекту внезапности они быстро взяли инициативу в свои руки. Пятая часть воинства Ордена К'тулху была уничтожена в первый час битвы, но потом воины Рин Эйла оправились от первого потрясения и начали понемногу теснить адептов Ордена Сатаны. Постепенно линия фронта придвинулась ближе к лесу и, по команде Нексула, человеческая честь войска бросилась внутрь, заманивая противника в ловушку.
С победными криками воины Ордена К'тулху бросились за темным воинством, Рин Эйл не успел отдать ни одной команды, как они скрылись в чаще. Старший мастер жестом остановил элитные части — небольшой отряд, примерно сто человек, охранявший воинов света от дальнейшего продвижения и отдал приказ отойти на сто пятьдесят шагов от границы леса. Не успели они пройти и половины этого расстояния, как из чащи донеслись крики их товарищей по оружию. Несколько секунд — и все стихло.
— Мы потеряли большую часть нашего войска, мастер Рин, — сказал подъехавший к старшему мастеру Мортимер Чайнс, — ты тоже догадался, что это была ловушка?
— Да, сэр Мортимер. Я не видел в рядах врагов ни одного демона, а поверить в то, что полководец Абаддона Нексул вывел бы против нас лишь адептов Ордена Сатаны, я не готов. Если честно, то именно подобной ловушки я и боялся.
— И ты решил принести в жертву этих юнцов, чтобы притупить бдительность Нексула? Не слишком ли это высокая цена?
— Не думаю. Иногда нужно вести себя так, как этого не ждет твой противник. Я поступил также, как поступил Нексул — он ведь тоже вывел против нас слабых адептов Ордена Сатаны. Они, конечно, смогли нанести нам серьезный удар, воспользовавших эффектом внезапности, но зато теперь они нас явно недооценивают.
— Почему ты так думаешь?
— Посмотри назад, сэр Мортимер. — Рыцарь оглянулся и не смог сдержать возглас ужаса: со стороны леса к ним стремительно приближались два десятка гротескных существ. Их тела казались собранными из одних лишь мускулов, причем в самой что ни на есть отвратительной конфигурации, все тело было покрыто не то рогами, не то шипами, из раскрытых пастей торчали изогнутые клыки, предназначенные для того, чтобы рвать мясо, а на трехпалых конечностях торчали огромные стальные когти.
— Что это за дрянь такая?! — в ужасе воскликнул едущий рядом воин.
— Это то, о чем я говорил в резиденции Ордена, мой друг. С этим нам придется сражаться, — ответил Рин Эйл и привстав на стременах, крикнул своему небольшому отряду: — по позициям! Приготовиться к обороне!
Отлично вышколенные воины быстро справились с шоком, вызванным появлением демонов, развернулись в боевой порядок и приготовились отразить первую атаку.
Когда Нексул увидел, что его обманули, что уничтоженный в лесу отряд был лишь пушечным мясом, он пришел в такую неописуемую ярость, что оторвал голову одним движением попавшемуся под руку демону.
— Успокойся, Нексул, — раздался рядом голос Абаддона, — эти люди не смогут долго противостоять твоим псам. Что может ничтожный человечишко, пусть и защищенный Великим К'тулху, против бессмертного? Победа — дело нескольких часов. Скоро воины Рин Эйла устанут и твои солдаты смогут их запросто истребить и принести мне этих четверых.
— Конечно, повелитель. — Нексул опустился на колено перед Темным Генералом.
Абаддон действительно выглядел очень внушительно: он сбросил человеческий облик, теперь посреди поляны стояло существо пятиметрового роста, все покрытое золотыми доспехами, позади извивался многометровый хвост, правая нога заканчивалась лапой ящера, левая — ониксовым копытом, из левого виска выходил, закручиваясь вниз и вправо, серебряный рог, глаза пылали адским огнем, а в правой руке демон держал двухметровый меч, Черный Клинок, одной царапины его лезвием было достаточно для того, чтобы душа, демон или даже ангел сгорели в огне Ада.
— Когда ты принесешь ко мне этих смертных, я хочу сразиться с ними, хоть по одному, хоть со всеми сразу. Главное — они должны быть живы, иначе умрешь ты!
Демон-слуга склонился в подобострастном поклоне:
— Будет исполнено, мой повелитель! Избранные Светом будут принесены тебе! — и исчез.
Тем временем два войска — людей и демонов — сошлись на границе древнего леса. Воины Нексула начали теснить людей благодаря оригинальной технике боя: демон прыгал на врага, цеплял руками двух стоящих рядом, затем, ухватившись за первого противника челюстями, переворачивался через него, одновременно разрывая тех, кого зацепили когти и ногами ломал грудную клетку стоящему позади первого. За первые несколько минут боя люди понесли ужасные потери: половина войска была уничтожена, треть оставшихся — покалечена. Рин Эйл видел, что его воины уже почти полностью деморализованы, половина оставшихся опустила оружие и сдалась на милость демонов. Минута — и их не стало: милосердие несвойственно демону. Вскоре воинам Нексула противостояли только шестеро воинов Ордена К'тулху, старший мастер, трое избранных и два мага. Правда, они сопротивлялись достаточно эффективно: демонов стало в два раза меньше, тут дело было в мастерстве сражающихся адептов Света и в их экипировке. Однако силы были неравны и спустя сорок минут с начала сражения избранные и старший мастер Ордена К'тулху были связаны и доставлены к подножию скалы, на которой стоял Маракабур.
— Великолепно! — раздался непонятно откуда раскат голоса демона, пленники от неожиданности завертели головами, Абаддон стоял позади них и улыбался. — Просто замечательно. Ты действительно смог их захватить, Нексул, прекрасная работа.
— Благодарю, повелитель. Они оказались сильнее обычных людей, я думаю, из-за югготских доспехов и оружия, но если бы ты не приказал их пленить, они сейчас лежали бы на поляне перед лесом, как и все остальные воины Ордена Головоногого.
При этих словах Мортимер попытался вырваться из лап удерживающего его демона и прохрипел:
— Не смей так говорить о Великом К'тулху, сатанинское отродье!
Нексул никак не отреагировал на выпад смертного, а Абаддон сделал шаг в сторону пленника и произнес:
— Позволь мне кое-что тебе прояснить, сэр Мортимер. Столь горячо любимый тобой и твоими компаньонами бог по имени Великий К'тулху является на самом деле мерзкой головоной тварью, по вашим понятиям невообразимой помесью человека, осьминога и дракона.
— Ты лжешь, демон! — Мэриэнн сама удивилась, как предательски дрогнул у нее голос, — Он — наш Господь!
— Неужели? Тогда почему он сидит на дне моря в своей неприступной Цитадели и заставляет вас, слабых и хрупких смертных, сражаться с могучими и бессмертными демонами?
На этот раз подал голос и Рин Эйл:
— Не такие уж они и бессмертные. Посмотри, сколько твоих псов вернулось, а сколько лежит на поле боя и отравляет землю.
— Не стоит забывать, уважаемый старший мастер, что они сначала сражались с пятью сотнями твоих холопов, а потом с сотней отборных воинов Света. Вы — то, что осталось от всей вашей армии, и то благодаря магии, технологиям Юггота и моему приказу.
— Это ничего не меняет, Абаддон.
— Неужели, Рин? Посмотри вокруг: по-моему, это многое меняет.
— Если бы ты решился на честный поединок со мной, без использования тобой Силы, я доказал бы тебе, что это ничего не меняет. Без своей демонической сущности ты ничем не отличаешься от человека.
— Мне будет приятно развеять твое заблуждение, старший мастер.
С этими словами Абаддон вытащил Черный клинок, по которому пробежали сполохи мрака.
— Очередная магия, демон. Ты же сказал, что бой будет честным!
— Я воспользовался магией для того, чтобы достать оружие. Ты же будешь пользоваться магией на протяжении всей битвы со мной.
— В каком смысле?
— Ты же обвешан югготовскими доспехами — магия в чистом виде. Но я согласен пойти на некоторые уступки тебе, смертный: ты ведь даже не представляешь, что я такое.
— Я один уничтожил несколько тысяч адских порождений — и вампиров, и оборотней, и демонов.
— Одно дело драться с существом ненамного превосходящим человека, бойцовым демоном, например, и совсем другое дело — бросить вызов на поединок демону высшего порядка.
— Слишком много слов и мало дела, демон. — Рин Эйл принял боевую стойку: — Защищайся! — и сделал резкий выпад Эалендилом в корпус Абаддона.
Демон невероятно легко уклонился, хотя старший мастер использовал боевую технику Юггота: волевым усилием он увеличил физическую силу мышц, скорость реакции и скорость движения. Рин сделал еще несколько попыток атаковать, однако его клинок ни разу не прикоснулся к Абаддону. Они кружили так еще несколько минут, потом демон коротко взмахнул мечом и голова старшего мастера Ордена К'тулху покатилась по траве.
Мортимер Чайнс вырвался из лап державшего его демона, и вытаскивая на хочу свой меч, бросился на Абаддона. Однако встретил он не демона, а лезвие Черного клинка. Несколько раз дернувшись на мече демона, сэр Мортимер Чайнс умер.
— Не-е-ет! — в один голос закричали Мэриэнн и Кассандра, оставшиеся воины света.
— Так-так. — в голосе Абаддона зазвучал откровенный интерес.